soullaway (soullaway) wrote,
soullaway
soullaway

Categories:

Егор, Жук и Z

Работать помощником продавца я устроился по объявлению. Наберут дураков по объявлению, а страна в жопе. Знаете такое выражение? У меня на это всегда был контраргумент. «И ничего, что я дурак, в природе все не просто так». Работа заключалась в следующем…
Хотя вряд ли кому-то интересно как я таскал мешки. Русские грузчики, а по сути, им-то я и был, придумали четкое определение своим обязанностям. Принеси-подай, иди на хрен - не мешай. Так оно и было. Половину дня я сыпал в пакеты макароны, муку и сахар. Взвешивал и отдавал покупателю. Весь в муке - хрен в руке. Знаете такую загадку? Ответ-мельник поссать вышел.Это про меня. Фамилия у меня Мельников. Вторую половину дня я разгружал машины. Хотя директор наверняка бы высказал иную точку зрения на мою деятельность. Полдня прием пищи, а остаток проведение переговоров в курилке. Точка зрения начальника и подчиненного редко совпадает в нашей стране. По этой-то причине примерно раз в сто-двести лет народ берется за вилы и затевает бунт.
Мне бунтовать не хотелось. Я хотел выспаться. На работе это не удавалось из-за начальства и кишковидной очереди вечно стоящей возле прилавка. А дома, ну что дома? Дома я бывал редко. Спать после работы было тяжким грехом с моей точки зрения. Я предпочитал околачиваться с подозрительными личностями на задворках цивилизации. Хотя среди моих знакомых были и приличные люди. У одной барышни имелся даже сотовый телефон. Сейчас это дико звучит, но когда-то это была большая редкость. При этом требующая определенных капиталовложений. К примеру, за входящие звонки надо было платить. Представляете? Мне вот это не надо представлять я и так помню. У моей подруги Лерки был телефон. Что я могу рассказать про Леру? Кавказская щедрость с русским благородством. Она приехала учиться на экономиста из другой страны. Азербайджан. Вы там были? Я вот нет, но с ее слов выходило так, что там и не очень-то хорошо живется. Девушкам надо прятаться, что бы покурить. Армянам скрывать национальность, а парней с сережками в ушах встретить почти невозможно.
Мне не было до этого дела. Меня интересовали смски приходящие иногда на ее телефон. Адресованы они были мне. Такое сообщение и прислали мне Зе с Жуком. Ольга и Дима. Зная и самое главное, разделяя мою любовь к творчеству Егора Летова, они пригласили меня на концерт. На его концерт. Как все происходит сейчас? Вы хотите куда-то сходить? Вот он интернет, пожалуйста. Ищите и обрящите. В ту пору интернетом в моей провинции не пахло. Там пахло портвейном, дешевыми сигаретами и коноплей. Музыку надо было покупать, а не скачивать из сети. Я помню, с каким трепетом разглядывал обложки кассет и как перечитывал скудную информацию в буклетиках. Аудиокассеты были в цене, а мы все были фетишистами. Найдете связь межу карандашом и аудиокассетой? Если найдете, то значит, вы родились в эпоху расцвета концертов в загибающихся ДК. Там же проходили дискотеки. Последние меня не интересовали. Концерт кумира подъездной молодежи мне предлагали посетить в столице. В знаменитой горбушке. Таким образом, я убивал двух зайцев. Осмотр достопримечательностей мегаполиса и посещение концерта легенды.
Впрочем, какие достопримечательности? Кого я хочу обмануть? Возле Курского вокзала есть замечательный дворик. Горка, лавочки и избушка на курьих ножках. А над входом табличка: «В гостях у сказки». За углом магазин с кегельбаном пивных бутылок. Вы пробовали пить пиво под названием «Очаковское»? Нет ощущения, что кто-то потерял букву «М» в начале? Распивая это пойло мы и оказались в гостях у сказки. Алкогольной сказки. Z, Жук, Сашка Кабачок и я. Открывая бутылку, Сашка сразу заявил, что точно не пойдет с нами на концерт. И ни за что не поедет в Орел на следующий день. Ага, его прогнозы почти сбылись. Количество выпитого «Очаковского» очень быстро перевалило за смертельную дозу для человека. Мы пропитались им насквозь. Потому как мы ехали в метро, я помню смутно. Еще более смутно помню, как мы шли пешком к ДК. В голове всплывает какой-то скверик оккупированный панками. Вот в луже собственной блевотины лежит гражданин с растрепанным ирокезом. А вот мы уже стоим в очереди за билетами. Лента толпы сплетается хитрыми узлами и где-то там, в самой гуще, мы поем песню про вершки и корешки. Метрах в ста нам дружелюбно кивает головой милиционер, но когда подходит наша очередь, заходить в ДК, он преграждает путь дубинкой.
- Петь ребята туда – Его рука показывает в самый конец очереди. Жук пытается спорить и вступает в полемику. Объясняет, что его жена уже внутри, а он снаружи. Милиционер кивает головой и снова показывает в конец очереди. Плюнув на плюрализм мнений, мы разворачиваемся и уходим отстаивать очередь по второму кругу. Пожалуй, это была самая медленная и тяжелая очередь в моей жизни. Тяжелей очереди были только на кладбище, но об этом я расскажу в другой раз.
Внутри горбушки висел тяжелый аромат дешевого пива, дрянных сигарет и пота. Да чего уж там? Смрад там висел. Удушливый и тяжелый как поступь правосудия. Такой же запах бывает в армейской бане. Только тогда я этого не знал. У вас случалось в жизни счастье? У меня вот да. Мне было наплевать на вонь, на невкусное и разбавленное пиво, на беснующуюся толпу. Я стоял и видел своего собственного Иисуса Христа. Персонального спасителя, чей голос прокладывал себе дорогу сквозь вопли сотен людей. Нас там было несколько тысяч. Вы можете представить себе? Несколько тысяч человек и все как один знают наизусть каждую песню. Готовые повторить каждое слово. Если бы Егор сказал при выходе из ДК уничтожить милицейские ПАЗики, мы бы уничтожили. Если бы ему понадобились мы на баррикадах, то вопросов бы не возникало. Революция так революция. Ведь наша Родина - смерть. И мы готовы были умереть, лишь бы увидеть солнце сквозь колючую проволоку, которая вдаль километрит. Мы были беззащитны, ведь вся наша оборона состояла из солнечных зайчиков и проколотых мячиков. Новогодних открыток среди зараженного логикой мира. И каждое слово Летова вселяло в наши головы вечную весну и чудовищную силу. Из всего хоровода пляшущих панков мне больше всего запомнилось лицо какой-то девушки. Её смело толпой, и она отчаянно пыталась выбраться из-под ног. Даже в темноте я сумел разглядеть, как кровь струиться по ее лицу. Тяжелые ботинки прошлись по её носу и оставили кровавый штамп. Наклонившись, я взял её за руку и вытащил из-под ног.
- Я его видела, ты понимаешь! Я видела! – Скептически посмотрев в её глаза, я сразу все понял. Пустые глазницы наглядно демонстрировали давнее увлечение наркотиками. Скорее всего, героином. Брезгливо отпустив её руку, я пошел обратно к сцене. Потом мы пили пиво. Смеялись, и пытались вспомнить, какие именно песни играл Егор. Дальше была поездка в метро среди оборванных панков, и мне казалось, что я попал в какой-то другой мир. В мир населенный сумасшедшими и смешными людьми. Я смотрел по сторонам и глотал бесконечное «Очаковское». Жизнь была наполнена чудесами с тошнотворным привкусом дешевого алкоголя. Очнулся я уже дома у Зе с Жуком. Мы лежали вместе с Сашкой Кабачком на диване как покойники. Один из них кому-то названивал и смеялся. Второму было очень плохо. Этим вторым мертвяком был я. Нестерпимо хотелось пить. Оглядевшись по сторонам, я приметил открытую бутылку пива. Все того же невкусного «Очаковского». Теплого, выдохшегося, с блевотворным запахом. Вариантов не было. Я взял себя в руки и сделал глоток. Потом второй. Через полчаса я уже был в магазине с Жуком. Устав от моего пьяного бреда меня решили усыпить с помощью всего того же «Очаковского». Я не заснул, но воспоминания на отрезке между Москвой и Тулой стерлись.
- Сол, ты живой?
- Живой, живой.
- Так поехали.
- Поехали. – Я встал и отряхнувшись побрел снова в машину. С грустью оглядев поле, на котором я лежал несколько минут назад, закрыв глаза. Веки слегка подрагивали, руки тоже. Зачем мне все это? К чему? Я ведь был хороший мальчик. Ходил, как и все в школу, играл в баскетбол. Посещал музыкальную школу, в конце концов. А что в итоге? Я валяюсь в каком-то поле под Тулой и рассматриваю безоблачное небо. Грязный, пьяный и как мне казалось счастливый. Хотя, пожалуй, я все-таки был счастлив в тот день. Сорвав голос на концерте, устав от перемещений в состоянии алкогольного опьянения я твердо знал, чего хочу. Не пить больше теплое и дешевое пиво к примеру. Еще мне хотелось выспаться. Ага. Мне это удалось примерно, так же как и Кабачку не оказаться в Орле. Высадившись возле моего общежития, мы решили зайти в гости Лерке. Просто выпить чая. Пару глотков. Не больше. Кто ж знал, что там уже есть гости? Испанка Марта, чистокровный хохол Санек и ящик коньяка. Коньяк и чай почти одинакового цвета. Если пить несколько суток подряд, то и по вкусу они начинают быть похожими. Из закуски на той вечеринке были чипсы и сигареты. Почему-то большая часть моих вечеринок проходила в клубах дыма и под хруст химического картофеля. Спали мы снова бок обок с Кабачком.
- Сол.
- Чего? – Утро взрывалось в моей голове новогодними хлопушками и хрустело разбитой посудой.
- Как мы спать легли?
- А тебе не все равно?
- Все равно. – Мы помолчали. – Я знаю только одно. Связываться с человеком, у которого на завтрак пиво, на обед пиво, а на ужин водка я больше не буду.
- Вообще-то мы пили коньяк.
- Моей голове от этого не легче.
- Ты думаешь, мне легко?
- Сегодня я пить не буду. Надо ехать к бабушке.
- К бабушке поедем завтра, а сегодня мы идем на день рождения.
- Боже мой, опять пить. – Простонал Сашка. – Ну, на кой хрен я пошел с вами на концерт обороны? – Вопрос был риторическим. Такие вопросы бессмысленно задавать по утрам. Тем более мне.
- Но ведь концерт-то был хорош?
- Это да. – Сашка довольно улыбнулся и встал с кровати. – Пойдем хоть умоемся.
- Пойдем.
***
Я вспоминаю все это лежа на армейской шконке. Сотовые телефоны в армии запрещены, но разве запреты кого-то в нашей стране останавливают? Только что я закончил разговор с Сашкой и словно между делом он обронил главную интернет-новость. Летов умер. Взял, вот так просто и умер. Не будет больше концертов, не будет новых альбомов, не будет интервью. Ничего не будет. Нам остались на память только его песни с перекошенным звуком и фотографии с выступлений. Я разглядываю кнопки телефона, не прячась ни от кого. Меня словно нет. Я стал прозрачным или невидимым. Сашка давно уже положил трубку, и эхо гудков успело смолкнуть. Новости он предпочитал сообщать весело. Как всегда с улыбкой. В выходные пообещал приехать и привезти сигарет. Жаль не водки. Впрочем, водки я и не просил. Еще он обещал, что приедут Зе и Жук. Тепленькая компания обещала собраться на КПП. Устроим поминки Игорь Федоровича газированной водой. Может быть апельсиновым соком, и закусим все это дело колбасой. Вздохнув, я переворачиваюсь на другой бок и пробую заснуть. Как же это так? Ведь я планировал посетить юбилейный концерт Гражданской Обороны. После армии некоторые планируют жениться, кто-то грезит обзавестись личным автотранспортом. Устроить на работу или поехать в Турцию. Я мечтал о водке и концерте Егора Летова. Его концертов больше в моей жизни не случится. Надломленный голос не заставит меня пускаться в пляс возле сцены и милиционеры не будут больше отгонять дубинками от кассы.
- Строиться на утреннюю зарядку! – Дневальный орет так, словно ему отрезают яйца. Батальон неспешно выстраивается перед комбатом. Я оправляю форму, но мыслями я далеко. Снаружи всех озверений.
- Ты чо такой грустный? Вроде не бабе звонил вчера. – Странно, что сержанту я не безразличен.
- Да так. Певец умер.
- Летов-то? – Я удивленно смотрю на лицо человека, который не мог в 90-х слушать Егора Летова. Не мог в силу возраста. Сержант старше меня по званию, но младше по возрасту. Мы выбегаем на плац и бежим вдоль казармы, еще метров сто и батальон скроется за хозяйственными постройками. На этом зарядка закончится. Комбат нас не видит, а значит можно расслабленно курить. Деды достанут телефоны и будут слушать свои сопливые песни про тяжесть армейской службы, а мы же будем молча курить. Мы – это солдаты относительно недавно призвавшиеся. Нам не положено иметь телефоны, курить, где попало, и самое главное произносить словосочетание «мне пох…й». На такой вид огрызания дед всегда емко вставит свое: «Тебе не пох…й, тебе даже еще не все равно». Интеллигентная атмосферка, не правда ли? Из моих раздумий меня вырывает сержант.
- Иди сюда, Мельник.
- Чего?
- На, послушай. Тихо вы там! – Он протягивает мне сотовый телефон. «Неизвестный исполнитель» стоит на паузе. Я нажимаю кнопку, и до боли знакомые аккорды вызывают улыбку.
- Откуда?
- Скачал только что. Люблю когда в акустике, моя любимая песня кстати. – На самом деле Летов играет не в акустике. Я прекрасно слышу звук электрогитары, но мне нет дела до формулировок. Куда важнее послушать первый раз за службу песню про пластмассовый мир и ликующий картонный набат. По иронии судьбы то утро оказывается самым хорошим за всю службу и самым грустным.
- Строиться! – Запись с концерта обрывается, и сержант возвращает меня в реальность. – Бегом марш! – И мы бежим, не спеша бежим по скользкому асфальту, мимо мусорных контейнеров, через стадион и возвращаемся на плац.
- Скоро придет осень? – Сержант заглядывает мне в лицо.
- А я все в той же пижаме, словно после тяжелой и долгой болезни…- Улыбаясь, отвечаю я. Странно ждать осень в феврале месяце, но больше мне ждать нечего. Разве, что выходных когда приедут Зе, Жук и Сашка Кабачок.
Ноябрь 2012

Tags: Выдумка
Subscribe

Posts from This Journal “Выдумка” Tag

  • Сто лет одиночества.

    Пройдёт много лет, и я отчётливо вспомню тот морозный и солнечный день, кода прогуливал школу, отираясь возле круглосуточного магазина. В…

  • Йорк. Не Том, а Дэн.

    - Там тебе из Нью-Йорка звонили. Прикалываются, наверное. - Не, не прикалываются. Правда, оттуда. А чего сказали-то? - Как освободишься, что…

  • Танго с кокаином

    Проститутка была некрасивой. Сашка внимательно рассмотрел её лицо, нагло оттянул воротник несвежей футболки и заглянул за него. Увиденное…

promo soullaway october 30, 2017 19:33 34
Buy for 50 tokens
Когда в комментариях первый раз мне посоветовали написать книгу по истории нашей рок музыки, я улыбнулся. Потом мне посоветовали это сделать второй раз, третий, пятый. Я задумался. Крепко задумался. Ребята и девчата. Какую я могу написать книгу? Я не очевидец каких-то событий, я незнаком ни с кем,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 24 comments