soullaway (soullaway) wrote,
soullaway
soullaway

Categories:

Ёжик. Не в тумане

Ромка взял палку и аккуратно потыкал ей в курицу. Курица застряла в смоле и не могла выбраться. Она смотрела на нас своими пустыми глазами и пробовала шевелиться. Шевелиться получалось не особо. Она лишь сильнее увязала в чёрной, тягучей и заманчиво пахнущей субстанции.

- Ну что? Давай её сожрём-то?

- Думаешь надо?     
        

- А чо? Не пацаны что ли?

- Да как-то стрёмно.

- Хорош вам. Когда ещё будет такая возможность? – Рома был прав. Возможность была эксклюзивной. Прежде мне не встречались курицы, увязшие в смоле.

На «повышенной», а так называлось место, где мы регулярно гуляли, было уютно. Уютно для детей десяти лет отроду. Когда-то в совсем другой стране здесь делали асфальт. От тех времён на память осталась брошенная техника и огромное озеро смолы. Рядом с озером проходила железнодорожная ветка с деревянными шпалами. Шпалы поросли травой. Кое-где проклёвывались маленькие берёзки. Поезда здесь давно не ходили. Да и из людей бывали в основном мы.

- Ну не сырую же её жрать? – Лешка был прав. Сырую курицу точно никто не хотел пробовать.

- Давай достанем.

- А как ты её достанешь? Я туда не полезу. – Лезть в смолу никто не хотел. Во-первых, можно испачкаться. Во-вторых, можно утонуть. На середину озера мы кидали несколько раз кирпичи и затем наблюдали, как они медленно вязнут в трясине, постепенно скрываясь в тягучей жидкости. Ещё в озере застыли намертво покрышки.

- А слабо по ним пройти? – Ромка любил задавать тревожные вопросы. Пройти было слабо. В том числе и ему. – Я слыхал Сеня как-то проходил по ним через всё озеро.

- Слыхал он. – Передразнил Лешка. – Сам видал?

- Не. Только рассказывали.

- Трепло твой Сеня. По колесам если пойти, то утонешь на хрен. Они ж под нашим весом проваляться. – Лешка рассуждал разумно и мы все соглашались, что Сеня трепло.

- Ну, так что?

- Да ну её на хрен.

- А чего делать будем?

- Пойдём в монастырь.

- Пошли. – Мы собрались и пошлепали через лесополосу по еле заметной тропинке. Тропинка должна была нас вывести на поляну, оборудованную под спортзал. Почему-то это загадочное место старшие пацаны прозвали монастырём. Звучало таинственно и мистически. Они же его и создали несколько лет назад. Сейчас пацаны выросли и перестали захаживать на поляну. Кто-то женился, кто-то ушёл в армию. В общем, обросли скромной тягомотиной взрослой жизни. Мы же любили туда ходить и прятаться от посторонних глаз.

Одно из деревьев на поляне было обшито резиной и видимо использовалось вместо груши. Рядом висел турник. К другому дереву приделали колесико. Через него пролегала веревка, к которой привязали кусок гусеницы от трактора. Я пробовал дергать за верёвку. Гусеница шевелилась, но от земли не отрывалась. В кустах лежала самодельная штанга.

Видимо для красоты некоторые деревья были обвязаны цепями. За несколько лет цепи вросли в стволы и смотрелись  как древность. Ещё там было некое подобие скамейки и старый пень. Подтягиваться никто из нас толком не умел. Бить резину на дереве было больно. Обычно мы просто сидели на старом пне и обсуждали, как вырастем большими и сильными. 


- А чего столик старшаки не сделали?

- А ты спроси. Например, у Васи чеченца. – У Васи никто и ничего спрашивать не стал бы. Он недавно вернулся из Чечни и проводил время преимущественно с самогонкой. Допившись до удовлетворительного состояния, бродил по деревне и кричал «Аллаху Акбар». Редкие прохожие его сторонились. Как-то раз приезжала милиция. Вася скрутил двух сержантов и запихнул в «Бобик». На разборки пришлось явиться начальнику всего поселкового отделения. Начальник дослужился до майора, был грузным и уставшим мужчиной. Когда-то он бывал в Афганистане. На память о тех днях у него на плече осталась татуировка и здоровый шрам на груди. Они выпили с Васей бутылку и разошлись. Нас же Вася либо не замечал, либо называл щеглами. Почему-то мы его опасались. Ещё у Васи был младший брат – Серёга. Но все его называли Серый. Серый тоже успел отслужить в армии и тоже пил до зеленых чертей. Матери у них не было, но зато был отец. Обычный незаметный работящий мужик. Я часто видел его, когда он ездил на велосипеде за хлебом. 

- Столик они не сделали, потому что он есть на коноплянке. – Коноплянкой называлась старая заброшенная станция по переработке конопли. Когда-то в совсем другой стране посёлок славился изготовлением пеньки. Ещё здесь выращивали горох, кукурузу и бурак.

- Ну да. Там хорошо.

- Вырастем и будем там же сидеть, а?

- Прежде чем там сидеть, ты в карты научись играть. – Ромка попытался подкрепить свои слова плевком сквозь зубы. Так часто делали старшие пацаны, но у Ромки ничего не вышло. Слюна запуталась в зубах и упала на футболку. Мы с Лешкой рассмеялись.

- Чо ржете? 

- Ну не плакать же нам. – Улыбнулся я. Лёшка в таких случаях предпочитал деликатно отмалчиваться. С Ромкой у них было какое-то негласное соперничество. Мне было очевидно, что Ромка сильнее, Лешке, судя по всему тоже. Но такая расстановка сил его явно тяготила и не устраивала.

- Давай в лесенку.

- А чего в неё играть? Я и так знаю, что дойдём до трёшки и всё на этом. – Упирался я.

- Так если не пробовать, никогда не научишься.

- Ну, давай. – Лесенкой называлась игра на турнике. Первый круг участники подтягивались один раз, второй круг два раза и так далее по нарастающей. Мы как обычно дошли до третьего круга и Лёшка сломался. Четыре раза не смог подтянуться ни я, ни Ромка.

- Ничья опять короче.

- Ничья.

- Пойдем, что ли погуляем?

- Пошли. – Маршрут прогулки выбирал Рома, а мы послушно шли за ним. По дороге он достал свой складной ножик-бабочку и начал пытаться его крутить. Крутить получалось плохо. Совсем не так как у Серого или Васи чеченца. Те-то умели вытворять что-то невероятное, напоминая то ли жонглеров, то ли фокусников. Ромка напоминал скорее обезьяну.

- Кажись, дождь начинается.

- Кажется?

- Ну.

- Когда, кажется креститься надо. – С важным видом заключил Ромка. – Пойдём к школе. Там в старой котельной переждём. – Котельная была заброшена лет 10 назад. В ней не было окон, дверей и оборудования. Иногда там собирались старшеклассники прогуливать уроки. Летом уроков не было, и кроме нас туда никто не ходил. 

- Ах ты, чёрт!

- Докрутился? – Съязвил Лёшка.

- Поговори мне. – Ромкин ножик упал в открытый канализационный люк. Мы втроём молча уставились в дыру, но ничего не видели. – Полезем? – Ромка спрашивал осторожно и неуверенно, словно понимая, что мы всё равно откажемся. Ножик был его. Уронил он. Нам лезть в дыру было незачем. Тем более ничего интересного там не предвиделось. Окурки, битые стёкла от бутылок и старые покрышки. Всё это было видно и так.

- Короче я спущусь туда, а вы мне потом поможете вылезти. Лады?

- А чего помогать? Вон тот дрын давай туда скинем, ты по нему и выберешься. – Лёшка показал на небольшое бревно около забора.

- Идёт. – Втроём мы ловко подкатили обрубок к люку и затолкали его вниз. Снаружи остался торчать совсем небольшой отросток. Длины как раз хватило, что б можно было спуститься и выбраться обратно. Ромка исчез в отверстии.

- Чёрт, скользко тут. – Дождик действительно начал моросить и успел намочить бревно. У меня намокли волосы, и я хотел побыстрее уйти под навес котельной. До неё было уже недалеко. Если бы не Ромкин ножик мы бы уже были на месте. Тем временем Лешка приспустил штаны, подошёл к люку и начал мочиться в отверстие. Я с недоумением и каким-то первобытным восторгом наблюдал за происходящим.

- Нашёл? – Поинтересовался Лешка.

- Да темно тут. И дождь этот ещё проклятый. Он сильнее стал, да? – Донеслось откуда-то из недр земли.

- А тебе кажется?

- Пошёл ты. – Огрызнулся Ромка.

- Да, сильный уже. Давай живее. – Ответил спокойно Лешка, продолжая отливать в люк.

- Слушай, он же тебя убьёт. – Прошептал я. Ромка действительно был сильнее Лешки и мог запросто набить тому лицо. Тем более за такую выходку. Если честно я вообще не понимал, как такая дерзость могла прийти в голову Лёшке.

- Не убьёт. Пацанам расскажем, и будет этот гусь дома потом сидеть. Обсыхать. – Лешка стряхнул последние капли и злобно засмеялся. Смех напоминал скрип ржавого колеса.

- Нашёл!

- Ну, так вылазь. – Через секунду из люка выбрался торжествующий Ромка. Я обратил внимание, что его футболка промокла сильнее, чем моя.

- Погнали?

- А чего гнать? Всё равно уже промокли.

- Это ты промок, мы-то пока сухие. – Мне было отчётливо слышно ликование в голосе Лешки. Ромка же на это не обратил внимания.

- Пойдём лучше на пруд.

- Ты уж определись. То в котельную, то на пруд.

- На пруд. Тряпки спрячем в кустах от дождя и искупаемся. Вода должна быть тёплой. Погнали. – Ромка побежал. За ним побежал Лёшка и с неохотой я. Как и планировали, одежду мы сунули под один из кустов. В посадке дождь почти не ощущался. Лишь случайные капли закрадывались и падали то на плечи, то на голову.

- Вы как хотите, а я буду купаться без трусов. Всё равно на пруду никого нет. – Около пруда действительно никого не было. Посмотрев на Ромку, трусы стянул и я, а следом и Лёшка.

- Что ты Лёня такой дрищ?

- На себя посмотри.

- Да калич ты. Тебя на руках кто хочешь, сделает.

- Да и пофиг. Не это главное. – Лёшка подмигнул мне.

- А что?

- Подрастешь, узнаешь.

- Ой, ли. – Ромка засмеялся. – Какие мы взрослые. А курицу хрен кто рискнул достать и съесть.

- Ну, вот сам бы и ел.

- В другой раз. Короче кто последний тот гамбургский петух. – Ромка резво засеменил к пруду. Я тут же сорвался с места и, обгоняя его, врезался в воду. Кажется, успел первым. Вода действительно была тёплой. Окунулся с головой. Отошёл ещё чуть от берега и посмотрел на своих друзей. Два балбеса опять препирались, кто кого обогнал. По водной глади шла мелкая рябь от дождя.

- Каждый сам за себя.

- Получай. – Лёшка с силой и под уклоном врезал рукой по воде. Брызги полетели и в меня и Ромку.

- На-ка! – Я резко провёл рукой около себя, взбивая воду. Затем ударил по воде старясь забрызгать Лёшку. Ромка поступил так же. Через пять минут нам надоело. Мы вылезли на берег и спрятались в посадке. Дождь начал стихать. 

- А прикинь мы тут стоим, и сейчас девки чешут из твоего класса?

- Ну и что? – Ромка демонстративно взял свой маленький член и потряс им. – Я им покажу такое!

- Ну-ну. Покажет он. – Мы все засмеялись. Показывать действительно было пока что нечего. Одевшись, отправились всё-таки к котельной.

- Лёня, а ты кем станешь, когда вырастишь?

- А ты?

- Жопой нюхаешь цветы! Чего стрелки переводишь?

- Трёхметровой высоты. Не перевожу.

- Ну, так кем

- Не знаю.

- А я знаю.

- Самый умный?

- По горшкам дежурный. Вот кто ты! – Ромка засмеялся, ожидая, что я его поддержу. Я не поддержал. Зная, каким козырем, располагает Лешка, мне смеяться не хотелось. Куда больше меня распирало от любопытства, чем вся эта история окончится. Впрочем, любое развитие событий предполагало нешуточные увечья. Такой позор можно было смыть только кровью.

- Не, ну а серьёзно кем будем, когда вырастим?

- Я не знаю. Наверное, в армию пойду для начала. – Ответил Лёшка.

- Я тоже пойду. А ты?

- Не хочется. Там убивают. Слыхал, что Вася рассказывал? – Мне действительно не хотелось ни в какую армию. Тем более истории о том, что там убивают, рассказывал не только Вася. Об этом говорили и по телевизору.

- Несерьёзно. Надо идти.

- Посмотрим. – Парировал я.

- Ну, это да. Тем более кой кого всё равно по здоровью не возьмут. – Ромка опять начал язвить. Лёшка отмалчивался и лишь загадочно улыбался. По дороге домой Ромка продолжал подтрунивать над товарищем, но реакции не последовало. На повороте попрощались. Мы остались вдвоём с Лёшкой.

- Знаешь что?

- Что?

- Не надо никому рассказывать про это.

- Испугался?

- Да не. Просто думаю, что перегнул палку. Пусть думает, что это был дождь.

- Как знаешь. – Лёшка свернул к своему дому с покосившейся калиткой, а я пошёл в одиночестве дальше. Так и иду до сих пор. Словно ёжик, но не в тумане. Кажется, даже знаю, чем всё закончится. Жаль только, что там не будет людей, которые знают, с чего всё начиналось. Мы выросли и стали разными. Ромка уехал жить в Москву. Стал каким-то неправдоподобно огромным. Напоминает чем-то шкаф. Мне рассказывали, что у него есть джип, и он проводит много времени в спортзале. Рассказывали с придыханием и каким-то уважением.  Я к автомобилям равнодушен, к спортзалам тоже. Даже не знаю к чему сильнее. Наверное, всё-таки к спортзалам. Работает Ромка телохранителем у какого-то депутата. Подозреваю, что сегодня нам не о чем было бы говорить. Да и в лесенку я бы ему проиграл.

Лёшка же так и остался в посёлке. После школы никуда не поступил. Стал вдруг верующим. Время проводит чаще в церкви или за чтением библии. Я как-то заезжал к нему. Он показывал иконы, которые рисует. Иконы напоминают то ли раскраски, то ли наивную детскую живопись. А в армию, кстати, из нас троих в итоге попал только я. Оказалось, что там не убивают. Такая вот история.

Вы и правда, думали, что я вам про парня по прозвищу Ёжик расскажу? Может, и расскажу, но в другой раз.

Tags: Алфавит провинциальной юности
Subscribe

Posts from This Journal “Алфавит провинциальной юности” Tag

  • Алфавит провинциальной юности уже в сети.

    В сентябре прошлого года я отправил в несколько издательств книгу. Свою книгу. Ох, как звучит-то. Прям писатель. Так и вижу картину, где я сижу…

  • Я (Берегу свои грехи)

    - Кто? - Я. - Последняя буква алфавита. – Так говорили в моём детстве. Потом стали говорить что-то о головке. По-моему от примуса. Ещё…

  • Юля пуля

    Дождь пригвоздил к земле пыль и мои надежды не промочить ноги. Радовало то, что я додумался надеть куртку. Значит, хотя бы сигареты не должны…

promo soullaway october 30, 2017 19:33 34
Buy for 50 tokens
Когда в комментариях первый раз мне посоветовали написать книгу по истории нашей рок музыки, я улыбнулся. Потом мне посоветовали это сделать второй раз, третий, пятый. Я задумался. Крепко задумался. Ребята и девчата. Какую я могу написать книгу? Я не очевидец каких-то событий, я незнаком ни с кем,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 24 comments