soullaway (soullaway) wrote,
soullaway
soullaway

Categories:

Трансвааль, страна моя!

Посмотрев вслед уехавшему такси, мужчина порылся в карманах. Рыться одной рукой было неудобно, но вторая была занята огромным букетом из огненно красных роз. Нераскрывшиеся бутоны колыхались под пронизывающим февральским ветром, целлофановая упаковка шелестела. Из кармана, он достал сигареты и зажигалку. Спрятав букет под мышку, мужчина подкурил. И только потом медленно побрёл к храму.

Ветер дул в его спину словно подталкивая к чему-то важному. Полы пальто задирались и колыхались подобно порвавшимся чёрным парусам. Но каждый шаг он делал так, будто его ноги прилипали к земле, а тело продиралось сквозь густые и колючие заросли. Мужчина шел, словно увязая в трясине непослушными ногами. На лице покоилась мрачная скорбь. Невидимые шестерёнки мыслей прокручивали какое-то событие вновь и вновь. Во взгляде читалась безысходная необратимая печаль.   

Подойдя к храму, мужчина невнимательно перекрестился. Сигарету при этом из руки убирать не стал. С сомнением покачал головой. Повернулся к торговому центру и начал читать вывески. «Мойка, боулинг, салон красоты». Мойка повторялась дважды. Строение, напичканное разнообразными услугами, довлело над храмом. Оно нависало и отбрасывало огромную тень, которая старалась дотянуться к позолоченному куполу. «К обеду дотянется» - Подумал мужчина. В его взгляде плавала всё та же безутешная тоска. Он прошёл вдоль парковки продолжая перечитывать пёстрые вывески. Почему-то задержался около зеленого креста аптеки. Затем остановился возле двух нарисованных и плывущих к поверхности водолазов. Над ними белыми буквами было выведено единственное слово – дайвинг. Мужчина поднял ногу и хотел сделать шаг, но вдруг словно натолкнулся на невидимую стену и замер. Ногу пришлось бы ставить в тень от здания с рекламными вывесками. Делать этого мужчине, необъяснимо не хотелось. Нога вернулась обратно.

За спиной послышались мягкие шаги двух подростков. Он повернулся на звук  и отступил от тени. Подростки возбужденно спорили о чьём-то новом ролике, который за сутки собрал больше двух миллионов просмотров. Спорщики прошли мимо мужчины, спокойно, будто не замечая тени, зашли в неё, проследовали до дверей здания и скрылись за ними. Мужчина снова остался в одиночестве. Порыв ветра колыхнул бутоны роз и пошелестел упаковкой букета.

- Пятнадцать лет, дорогая. Уже пятнадцать. Интересно слышишь ли ты меня? Наверное, нет. – Мужчина выдохнул изо рта то ли пар, то ли дым от сигареты. Затем подошёл к границе с тенью, положил туда букет и опять начал рассматривать вывески. Пятнадцать лет назад их не было. Да и фасад был совсем другим. «Подумать только. Уже столько лет прошло. А я всё помню как вчера» - Мужчина грустно вздохнул. Ветер продолжал ворошить букет теперь уже на холодной плитке.
   

- Какие взять-то посоветуете?

- Ой, это смотря кому.

- Девушке.

- Да понимаю, что не мальчику. – Продавщица похожая на облезлого медвежонка, в тёплой ещё советской шубе начала перечислять значения оттенков. От перечисления Егора отвлекал запах из соседнего ларька. Там кавказец торговал шаурмой. Дальше стоял павильон прессы, следом шёл магазинчик с пивом и сигаретами. Свернув за угол можно было попасть в секс шоп с неожиданным названием «Красный снайпер». Вокруг сновали люди, спешащие в метро, им в спину пела Катя Лель песню «Долетай». В нечищеный снег втаптывались окурки. Тут же крутились несколько бездомных собак. Они жадно облизывались и внимательно обнюхивали прохожих. Около входа в метрополитен стоял безногий инвалид с картонной коробкой. В неё изредка бросали мелкие монеты. Монетки падали с ледяным звуком.

- Короче я понял. Давайте мне бордовые. Только выберете-то получше. Сегодня ж праздник.

- А сколько?

- Семь, нет, не нравится число, давайте девять. Да, девять. – Молодой человек протянул торговке крупную купюру и, не пересчитывая сдачу, тут же перешёл к продавцу шаурмы. – День добрый. Сделайте одну, пожалуйста.

- Лаваш простой? С сыром?

- Простой. Чёрт, кто там ещё? – В кармане джинсов завибрировал телефон. – Как обычно вовремя. Выходной же, а всё звонят. - Кавказец с пониманием кивнул. Парень достал округлый Сименс S 55. Коллеги по работе переходили уже на цветные телефоны, но Егор не торопился. Сименс ему подарила Даша. А всё что касалось Даши, было неотвратимо дорого. – Да. Алло. Доброе? Какое оно доброе если ты звонишь? Опять ехать? А, в понедельник? В понедельник это запросто. Я уж испугался, что сегодня. Да не. С Дашкой будем отмечать. А вы в клубешник? Куда на этот раз? В тонны? Кто играет? Ой, нет, спасибо. – Егор засмеялся. – Да помню я как Людка с финотдела накидалась на Петкуне. Конечно, помню. И на Земфире она тоже в хлам была. Я ещё прошлый раз зарекался с ней куда-то ходить. Стыдно ж. Она как напьётся так давай на столах плясать, жиром своим трясти. – Егор перевёл взгляд на кавказца. Тот уже убрал блюдо в вафельницу и начал невозмутимо точить ножи друг об друга. – Ладно. Я всё понял. Мне тут идти надо. Дела. Всё, до понедельника. Ага, приветы всем. Только не звоните мне в час ночи как прошлый раз. Я всё равно не возьму. Всё. Пока. – Парень убрал телефон обратно. – Звонят и звонят. Сколько с меня? – Кавказец всё так же молча и невозмутимо кивнул головой на ценник. Положив нужную купюру, Егор распределил в одну руку букет, в другую горячий лаваш напичканный капустой, луком, помидорами и мясом. Оставалось добраться до квартиры, времени как раз должно было хватить, что бы позавтракать на морозной улице.

Идти от станции было недалеко. Выбирая в прошлом году, где снять жилье, Егор остановился на Марьино. Ехать до работы всего ничего. Полчаса до Чкаловской, там пройти десять минут пешком и вот он офис - на первом этаже могучего сталинского здания. Гендиректор уже несколько раз грозился съехать в другое место – но когда этот переезд ещё сбудется? Тем более Свиридов всё больше и больше уделял времени секретарше Катьке. Катька дама требовательная. Её интересовали поездки в Турцию и Египет, питаться она предпочитала в ресторанах. В ресторанах приглашала сомелье и по полчаса консультировалась с ним, какое вино пить. Ценники на вино отпугивали даже опытного Егора. А платил естественно за всё это разухабистое великолепие Свиридов. Весь офис об этом знал. И всем было наплевать, но только до тех пор, пока Свиридов не всадил в Монте-Карло почти годовой оборот конторы. Всадил в рулетку, Катя в это время нервно подстрекала его играть дальше. Дальше играть было не на что. Всё произошло быстро, глупо и необдуманно. Рано или поздно это должно было вскрыться и дойти до совета директоров. Глядишь, Свиридова и выкинут вообще с работы. А там и переезд отменится вовсе.

Заходя во двор, Егор остановился около урны. Дожевав лаваш, выкинул фольгу. Наклонился к воротнику и принюхался. «А ведь от меня теперь едой пахнет. Ещё и с луком. Даша опять скажет – фу!» - Подумав о Даше, которая по расчётам ещё должна была спать, он улыбнулся. Закинул в рот жвачку и решительно пошёл к подъезду. На железной двери можно было различить выцветший значок анархии, заклеенный объявлениями.

В коричневом лифте пахло дорогим одеколоном. Егор втянул густой воздух и уважительно кивнул. Нажал кнопку этажа и поехал. «А здорово сейчас было бы тут застрять» - Раздумывал он – «Хотя чего нервничать? Сигареты есть, больше часа вряд ли придётся ждать». На него нахлынули воспоминания.

Однажды, будучи ещё неказистым и прыщавым подростком он застрял в лифте вместе с ещё пятью такими же, как он друзьями. Они ехали отмечать какой-то праздник. То ли чей-то день рождения, то ли просто собрались пить портвейн. Застряв начали курить и пить прямо в лифте. Дежурный через динамик ядовито на них ругался матом. Особенно много новых слов Егор услышал, когда начал мочиться прямо в лифте. Это было почти десять лет назад. «Куда делись все эти люди?» - Подумал Егор, выходя на своём этаже.

- Милый, ты где был? – Даша уже проснулась и услышала, как он гремит ключами в прихожей. «А, чёрт, не успел» - Мелькнуло в его голове.

- Всё дела, дела, киска. Ты уже встала?

- Почти. – Егор знал, что Даша в выходной день будет сначала долго нежиться в постели, потом неспешно пойдёт в душ и только тогда скажет, что проснулась. «А что если не пускать её в душ? Попробовать подарить цветы сейчас, а потом сразу снять с неё ночную рубашку. – От мыслей о том, что расположено под ночной рубашкой Егор ощутил внутри себя что-то волнующее и смелое. «Нет, у неё зубы нечищеные» - Вдруг пришло ему в голову. Что-то волнующее и смелое тут же сжалось и стало крошечным. – А чего ты там застрял?

- Погоди малыш, сейчас приду.

- Ой, да можешь не прятаться. Я и так знаю, куда ты ходил. За цветами ведь? – Сюрприз не удался. Даша слишком хорошо успела изучить своего любовника.

- Ну, раз знаешь, то с праздником тебя милая! – Егор зашёл в комнату и положил цветы на подушку рядом с Дашей. Она тут же его схватила и притянула к себе. – Да подожди ж ты. Я в джинсах!

- Так снимай же. – Егор отметил, что от Даши пахнет мылом. «Значит, проснулась сразу, как только я вышел, и уже успела помыться» - Понял он.

- Сама снимай. – Тон стал игривым. Минуты предшествующие всему остальному стелили внутри Егора сладкую истому. Он словно плыл в ней или наоборот тонул. Всё это было неважно. Важно, что любимая девушка находилась рядом.

- Запросто! – Даша оттолкнула Егора и отбросила одеяло. Перед ним предстало обнаженное молодое женское тело. Из одежды на девушке были лишь чулки. Что-то волнующее и смелое внутри снова распустилось и увеличилось в размерах. Даша тем временем притянула его обратно и начала целовать. Её руки оказались где-то около его живота, потом поползли ниже, а затем Егор словно перестал существовать. Вместо него появился кто-то другой, развратный, похотливый и необузданный. Он слился с такой же другой Дашей, стонущей, да нет, ревущей на всю квартиру. Их изгибающиеся тела заполнили всё пространство и наконец, вместе провалились во что-то светлое, изнуряющее и бездонное.

- Так, а ты не завтракал?

- Ну как тебе сказать? – Егор засмущался. Даша не одобряла его привычку питаться, чем попало. По её мнению Егору следовало следить за здоровьем и завтракать фруктами. Несколько раз она порывалась записать его в спортзал. На все её попытки Егор вяло отнекивался. Где-то внутри он чувствовал, что рано или поздно сломается и уступит. В перспективе, скорее всего даже бросит курить.

- Ясно. Опять наелся всякой дряни. – Она быстро сняла чулки и, не одеваясь, пошла на кухню. «Господи, до чего же хороша. Как же она хороша» - Егор посмотрел Даше вслед и начал собирать свою одежду беспорядочно разбросанную по комнате. Привычку ходить обнаженным по квартире он не разделял.  

- Милый, принеси цветы-то. – Требовательно донеслось с кухни. «Ах да, цветы» - Егор собрал рассыпавшийся на ковёр букет и прошёл через коридор. Из телевизора на холодильнике уже вещал диктор. Будничным тоном он рассказывал о взрыве в Катаре. – Смотри-ка. А наши-то умеют работать.

- В смысле?

- В смысле грохнули Зелимхана Яндарбиева. – Егор вспомнил волевое лицо, часто мелькавшее в 90-х по телевизору. Рядом с этим лицом всплыл и генерал Лебедь. Получалось, что теперь оба погибли.

- Ага, умеют. То-то в Москве недавно бахнуло. – Несколько дней назад в московском метрополитене произошёл взрыв. Егор часто бывал на «Автозаводской». Пару раз в месяц так точно, но именно в то утро он сидел в офисе и наблюдал за опухшим Свиридовым. Свиридов трудолюбиво цедил минералку и бубнил о каких-то астрономических долгах.

- Бахнуло, я помню. А всё потому, что надо было дать отсоединиться этой Чечне. Вот тебе она нужна? – Даша откусила яблоко и начал его с громким хрустом жевать.

- Давай лучше ты оденешься. – Попробовал увести разговор в сторону Егор.

- А то что? – Даша наклонилась к его уху и медленно провела по нему языком. Теперь от неё пахло уже не мылом, а спелым яблоком. Что-то волнующее и смелое снова поселилось в груди Егора. Оно начало там ёрзать и сползать ниже. «Господи, как же мне повезло с ней» - Проплыло пушистым облаком в его голове. Даша уселась к нему на колени, властно обняла и продолжила медленно водить языком по уху. Затем провела им по шее. – Мне кажется или мы отличная пара? – Прошептала она.

- Да, милая. Мы великолепная пара. – Диктор перешёл к прогнозу погоды.

- А куда мы идём вечером? – Ещё неделю назад Егор загадочно обронил в постели фразу, что хочет видеть Дашу мокрой, полуобнаженной, но при этом недоступной.

- Я поняла. Ты хочешь отвести меня в аквапарк! На восьмое марта?

- Посмотрим. Может, получится и раньше. – Это раньше по замыслу Егора должно было случиться 14 февраля. То есть сегодня.

- Ну, ты же уже все мои планы разгадала.

- Значит, идём в Трансвааль. Слушай, название такое странное. Я откуда-то его знаю.

- Ну конечно знаешь. Так ЮАР называется.

- Да нет. Оно в песне какой-то было. – Возразила Даша. – Точно в фильме Кортик!

- Я оттуда только помню эту. Та-та-та-та. Та-та. Не надо мне пощады, не надо мне награды, а дайте мне винтовку и дайте мне коня. Её ещё Летов перепел.

- Да иди ты со своим Летовым. – Даша не переваривала творчество эрудированного сибиряка. Ей больше нравилась Земфира и группа Кино. – Я не о том кортике.

- А о каком?

- Да их два было. Первый чёрно-белый. Я его в детстве смотрела.

- Не помню, помню только цветной.

- Цветной позже сняли. А в том первом девочка какая-то пела. Под шарманку. У неё ещё косички такие смешные были. Сейчас такие не носят. Погоди-ка, сейчас вспомню. – Даша набрала в лёгкие воздуха и печально запела - Трансвааль, Трансвааль, страна моя, ты вся горишь в огне. – Отклика песня в воспоминаниях Егора не нашла. - Не помнишь?

- Нет.

- Балда ты. Только и знаешь своих Летовых. – Даша начала демонстративно хрипеть. – О, моя оборона! Солнечный пальчик глупого мира.

- Ой, всё. – Егор засмеялся и начал отстраняться от Даши. Она ещё раз облизала его ухо и слезла с колен.

- Знаешь, а я думала, что мы сегодня пойдём в ресторан. У меня для тебя, кстати, тоже есть подарочек. – Даша щёлкнула включателем электрического чайника.

- Если ты хочешь ресторан, то там можно пообедать.

- Да мне не принципиально. Хорошо хоть не в цирк. – Егор уже несколько месяцев подстрекал Дашу сходить в цирк на Цветном Бульваре, но она упорно сопротивлялась. Ей почему-то не нравились клоуны, акробаты и жонглёры. Для Егора же цирк были чем-то тёплым и добрым. Словно родом из детства. В детстве денег на посещения цирка у его родителей не было. Теперь деньги были, но Даша никак не поддавалась на уговоры.  

- Вот могла бы, и сделать мне подарочек. Пригласила б меня в цирк.

- Я тебе уже делала подарочек. – Даша скорчила недовольную гримасу. Прошлой осенью, в конце октября она всё-таки согласилась сходить на концерт «Гражданской Обороны» в ДК имени Горбунова. Сидя на балконе, она с недоумением рассматривала беснующихся внизу на танцполе панков. Панки недовольно швырялись пустыми пивными стаканчиками в группу, игравшую на разогреве у Летова. «Соломенные еноты. Какое глупое название» - Подумала Даша. Говорить об этом с Егором она не хотела. Он очень ревностно относился к кумиру своего Люберецкого детства. Так же ревностно он относился ко всему, что с ним связано. Когда кумир вышел на сцену, Егор словно впал в транс. Он приплясывал в такт гулу, доносившемуся из колонок, подпевал шуму голоса и каким-то образом умудрялся отличать каждую песню.

По мнению Даши, песни были похожи между собой. Как их можно отличать оставалось для неё загадкой, которую разгадывать не хотелось. Вокруг прыгали люди, крутили своими пиджаками и трясли сигаретами. Какой-то парень выкинул в толпу свой сотовый телефон. «Чёртовы фанатики. Именно сектанты, иначе это никак не объяснить» - Даша рассматривала людей вокруг и удивлялась, насколько они изменились с выходом на сцену Летова. В них словно вселился какой-то безумный зверь или непослушный ребенок. Они вставали на кресла, обнимали друг друга, а некоторые даже плакали. Ещё более остервенело, вела себя публика внизу. В толпе были видны всполохи зажигалок, огоньки сигарет, но главное, что эта однородная бесформенная масса человеческих тел старалась перекричать музыку. Получалось у неё это плохо. Единственное, что заинтересовало Дашу это саксофон, но вместо джазовых импровизаций на неё лился какой-то невероятный режущий ухо скрежет. Скрежет напоминал звуки, издаваемые несмазанной дверью. После концерта ей казалось, что она окончательно оглохла и насквозь пропиталась сигаретным дымом. Егор шёл одновременно возбужденно восторженный и измотанный. Как солдат после тяжелого и изнуряющего боя. Впрочем, это не помешало ему взять Дашу прямо в лифте. Даша любила, когда Егор быстро и суетливо как собака брал её в самых неожиданных местах.    
 

- Чего-то не помню.

- Потому что память у тебя милый как у рыбки. Но ничего, сегодня я тебя порадую. – Даша улыбнулась так, как умеют улыбаться только девушки, с которыми спишь. Спал с ней Егор уже третий год.

Всё началось, как и бывает в таких историях неожиданно. Даша пришла работать в фирму после института. Часто задерживалась после окончания рабочего дня. Молодую и статную сотрудницу быстро приметил начальник отдела. И уже через месяц у них случился этот самый первый раз. Случился он на кожаном диване в кабинете Свиридова. Ритмично двигаясь, Егор только и успел подумать, что диван хранит в себе многие офисные тайны. Внутри самого Егора разливалось что-то волнующее и смелое. Это что-то вылилось в итоге на грудь Даши. Происходящее напоминало сюжет порнофильма.


- Интересно чем это ты меня собираешься порадовать?

- Увидишь, тебе понравится. – В джинсах завибрировал телефон. – Давай сегодня ты не будешь брать?

- Не могу милая. Работа.

- Ага, работа делает свободным. Знаешь откуда это?

- Знаю. – Невнимательно ответил Егор и нажал кнопку приёма вызова. – Алло. Чего? А почему сегодня-то? Ну и приеду я туда, чего дальше-то? Может, на понедельник Владимир Сергеевич перенесём? – По имени и отчеству Даша поняла, что звонит гендиректор. Вслушиваясь в интонации Егора, она заметила, что он позволяет себе нереальную дерзость. В офисе можно было многое, особенно когда никого не было. Они делали это многое и на столе в кабинете главбуха, и на столе гендиректора, но никогда и никто не сопротивлялся приказам Владимира Сергеевича. Они выполнялись несмотря ни на что. Два раза в месяц пухлые конверты оправдывали исполнение прихотей руководства. – Ладно, понял, выезжаю. Но мне ещё добраться надо. Как отправлю, то позвоню. Хорошо. – Он повернулся к Даше, которая начала размешивать кофе. Кофе она пила без сахара. – Короче мне надо в офис съездить.

- Надолго?

- Думаю, что к обеду вернусь. Ты прикинь? Он звонил Юрке, а они уже с утра отмечают! А вечером на концерт собираются. Они ж не доживут.

- Чего Юрке-то отмечать? День расстрела Чикатило? – Егор засмеялся. Дашу он ценил не только за похоть, но и за какую-то необъятную порою циничную эрудицию.

- Видимо да. В общем, после обеда буду. Ты пока можешь заняться своими делами.

- А какие у меня могут быть дела? Если бы мы шли в ресторан, то я бы сделала себе причёску, одела бы твоё любимое чёрное платье, а так смысла нет. – Егор посмотрел на грудь Даши. Перевёл взгляд ниже. Вспомнил, как они вместе перед новым годом выбирали ей платье. Вместе с платьем он купил ей в тот вечер толстое неизящное колечко. Такие кольца надевали, что бы похвастаться роскошью, но Даша предпочитала его хранить в своей шкатулке. Вместе с бабушкиными серьгами и мамиными бусами. Колечко стоило каких-то неадекватных денег, но он знал, что такое тело как у Даши имело, куда большую цену, чем все деньги мира.

- Киса, если хочешь, мы пойдём в ресторан. В какой скажешь. Можем заказать еду домой, зажжём свечи, а потом я уложу тебя в кроватку. – Даша в ответ облизнула краешек кофейной чашки. Егор почувствовал, что снова начинает проваливаться во что-то волнующее и смелое. Оно обволакивало его как паутина.

- Нет, мы пойдём аквапарк, где-нибудь перекусим твоей любимой дешёвой еды, а потом дома я сделаю тебе подарок. – Даша провела языком по губам.

- Договорились. – Егор поцеловал её в щеку и прошёл в коридор. Обуваясь, он раздумывал о том, что его ждёт ночью. «Какой интересно она решила сделать мне подарок? Может быть, мы попробуем что-то новое в сексе? Хотя, что ещё можно попробовать? Если только» - Егор усмехнулся - «Да нет, она и так сводит меня с ума. Что если сегодня сделать ей предложение? Чёрт! Это прекрасная идея. Надо купить новое кольцо. Не дурное с бриллиантами как в прошлый раз, а тонкое и необычное. Надо пойти в ювелирный. Как раз на Садовом новый открылся. От работы рукой подать». – Улыбаясь своей находчивости, Егор закрыл дверь и прошёл в лифт. На этот раз запах чьего-то одеколона сменился затхлым ароматом нестиранного белья. На седьмом этаже осталась обнаженная Даша, которая уже успела залезть под одеяло. Она погладила свою грудь, затем живот, потрогала соски и закрыла глаза. Ей хотелось выспаться.

Метро встретило Егора привычным шумом. Шелестели разговоры людей, громыхнули железом открывающиеся двери. Пройдя в вагон, Егор сел напротив карты метрополитена. На ней был изображён паук, множество его лап струились в разные стороны. Некоторые лапы были изображены схематично. «Жулебино, Новокосино, интересно, а за Марьино чего-нибудь будут строить-то? Хотя какая мне разница? Если Даша согласиться, а она не может не согласиться выйти замуж, то надо, наверное, будет переезжать ближе к центру. А что если не согласится?» - Мысль Егору не понравилась. Он представил, как едет с работы в одиночестве, как заходит в пустую квартиру. «Единственный плюс, что тогда можно будет курить на кухне, хотя вообще надо конечно бросать» - Даша постоянно ругалась, что Егор не следит за собой. Нет, она могла и вина выпить, да чего уж там? Несколько раз они вместе даже сильно напивались. Но сигареты она не переваривала почти так же как Летова.

Офисная тишина ассоциировалась у Егора с Дашей. Когда уходили все коллеги они поспешно начинали ласкать друг друга и только потом возвращались к работе. Почему-то секс в офисе их возбуждал особенно. Сегодня офис должен был быть пустым, но дверь оказалась открытой. Бесшумно пройдя по линолеуму, Егор увидел Свиридова. Владимир Сергеевич перебирал бумаги, сидя на диване. Том самом диване, где Егор предпочитал овладевать Дашей. «А ведь Катьку он, наверное, тут же дерёт» - Ехидно усмехнулся Егор.

- Приехал? Чего так долго?

- Как только так сразу. Вы же говорили, что сами не сможете и что б я всё отправил.

- Да я тебе пытался позвонить, но ты был недоступен. – «Врёт ведь, пришло бы оповещение» - Решил Егор. Однако на всякий случай достал телефон. Новых сообщений не было. – Короче там надо отчёты подправить. Вот бери бумаги и сравнивай.  - Владимир Сергеевич протянул Егору кипу бумаг. Бумаги вызвали уныние. Они означали, что вместо простой отправки почты придётся анализировать и что самое страшное, скорее всего, исправлять какие-то расхождения в отчётности. Это могло затянуться до вечера. 

- Будем работать. – Скривив губы, Егор ушёл в свой кабинет. От бумаг он оторвался уже, когда стрелки часов сошлись на цифру шесть. – Ого! – Сказал Егор сам себе. Владимир Сергеевич давно покинул офис. Ему надо было купить Катьке то ли цветы, то ли цепочку. Вечером они собирались вылететь в Париж. Начинался очередной неурочный отпуск. «Чёртов романтик, надеюсь, совет директоров узнает о твоих проделках. Ишь удумал. Париж ему подавай. На хрен он нужен в феврале месяце?» - Закрыв помещение, Егор торопливо сдал ключи дежурному и побежал к магазину с ювелирными изделиями. Морозный февраль обдал его начинающейся пургой.

Его он увидел сразу. Кольцо не пришлось даже искать. Оно манило к себе и притягивало. Хрупкое, тонкое, почти невидимое. Именно такое как ему и хотелось. Глянув на ценник, Егор равнодушно выложил деньги. Продавщица с хищным кроваво красным маникюром сгребла купюры и звонко выбила чек.

- Цепочку не желаете?

- Спасибо, не надо.

- А себе колечко? – Егор задумался. Раз он собрался делать предложение, то логично в дальнейшем носить одинаковые кольца. Но желательно, что б кольца были совсем уж необычными. Такие в магазинах не продают. Их надо делать на заказ. Внутри можно будет что-нибудь выгравировать. Загоревшись новой идеей, Егор отрицательно помотал головой и заспешил к метро. Время подходило к 19.00. В кармане завибрировал телефон. Достав, он увидел сообщение от Даши. «Домой можешь не ехать. Я мокрая и недоступная. Твои плавки взяла». По непонятной для Егора причине его девушка категорически не любила отвечать на звонки. Ей больше нравилось переписываться. «Еду!» - Быстро набрал Егор. «Я мокрая уже ВЕЗДЕ». – Тут же прилетело в ответ. «Вот чертовка, ты сведёшь меня с ума. Точно сведёшь» - Егор начал прикидывать, как ему быстрее добраться до аквапарка. «На метро минут сорок. Потом тащиться по улице. Надо такси». – Увидев припаркованную на обочине Волгу с шашечками, Егор не спрашивая разрешения, плюхнулся на переднее сидение.

- Шеф, надо быстро в Ясенево.

- Не вопрос. – Скупо ответил водитель. Через полчаса подъезжая к «Трансвааль парку» Егор обратил внимание на обгонявшую их скорую помощь. Затем мелькнула машина пожарников. В сумерках на обледеневшей дороге красиво отражались огни от мигалок. Почему-то ему вспомнился недавний теракт в метро.

- Опять что ли взрыв? – Поинтересовался он у таксиста.

- Хрен знает. Может, в метро чего рванули. Хотя нет, не в метро. Гляди-ка! – Таксист ударил по тормозам. Перед ним и пассажиром открылась страшная картина. По улице бегали полуголые окровавленные люди. Вокруг них суетились спасатели и врачи. Какой-то милиционер нёс на руках ребенка, укутав его бушлатом. Лицо милиционера напоминало маску.

- Сюда нельзя. Разворачивайся! – К машине подбежал человек в штатском. Он активно жестикулировал и что-то говорил водителю. Егор не слушающимися руками достал деньги, протянул их таксисту и вышел. – Ты оглох? Туда нельзя!

- Там моя жена. – Прошептал Егор. Почему-то Даша в его мыслях уже успела превратиться в жену.

- Ещё раз повторяю. Туда нельзя! – Трясущимися руками Егор достал сигарету и отступил на тротуар. Внутри него на этот раз разливались чёрные чернила страха.  

- Я могу чем-то помочь? – Наконец догадался он выдавить из себя.

- Можешь, не мешай работать. – Спорить было бесполезно. Всё ещё надеясь на что-то, Егор достал телефон и попробовал позвонить. Трубку Даша не взяла. Холодный февральский ветер облизал Егора на этот раз словно изнутри. Длинные гудки неснятой трубки впивались в самое сердце и больно жалили.

Через несколько дней было опознание. Егор наконец-то познакомился с родителями Даши. Они рассказали, что она погибла уже после обрушения крыши. Её не успели достать из-под завалов, а солнце в феврале садится чертовски рано. Даша замерзла и превратилась в снежную королеву. Сравнение с королевой Егора удивило. Уж кем-кем, а холодной Даша никогда не была.

- Я её принцессой в детстве называл, понимаешь? – Отец, словно высохший за несколько дней постоянно курил. Егор курил вместе с ним. – Даша говорила, что у вас всё серьёзно. Она ждала, когда ты сделаешь ей предложение. Матери не говорила, только мне. Поделилась напоследок. – В ответ Егор достал коробочку с тонким колечком. Почему-то все эти дни он носил её с собой. В том же кармане он носил, и тест на беременность который нашёл дома. Тест был положительный. Даша была кем-то беременна. Его он тоже протянул её отцу.

- Матери про ребенка не говори. Ей и без того тяжело.

- Хорошо. – Егор сложил обратно свои вещи. Как дальше жить ему было непонятно. Зачем дальше жить было неизвестно.

В день всех влюблённых пятнадцать лет назад погибло 28 человек. Плюс его никем, неподсчитанный безымянный ребенок. Мужчина выкинул окурок и побрёл к станции метро. На этот раз февральский ветер дул ему прямо в лицо. Мужчина шёл быстро и уверенно. Лишь только лицо выдавало его сосредоточенную мрачную печаль. За спиной послышался шелест цветочного букета. Оборачиваться мужчина не стал. Его мысли уже были заняты фильмом «Кортик» и песней, которую пела ему когда-то на кухне Даша.


Tags: Литература
Subscribe

Posts from This Journal “Литература” Tag

  • Книга на Яндекс Дзене.

    Я тут в отпуск укатил, не думаю, что кому-то так уж сильно не хватает моих постов в ленте, но вдруг? Так вот ежели кому делать нечего и есть некий…

  • Сто лет одиночества.

    Пройдёт много лет, и я отчётливо вспомню тот морозный и солнечный день, кода прогуливал школу, отираясь возле круглосуточного магазина. В…

  • С днём рождения Эдуард Вениаминович. Лимонову - 77.

    1 Лимонов не нуждается в прологе и предварительной информации. Он давно уже стал фигурой столь масштабной, столь всеобъемлющей, что дежурное…

promo soullaway october 30, 2017 19:33 34
Buy for 50 tokens
Когда в комментариях первый раз мне посоветовали написать книгу по истории нашей рок музыки, я улыбнулся. Потом мне посоветовали это сделать второй раз, третий, пятый. Я задумался. Крепко задумался. Ребята и девчата. Какую я могу написать книгу? Я не очевидец каких-то событий, я незнаком ни с кем,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments