Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Ъ (Сказки старого юнги)

От мужика воняло так, что у меня резало глаза. Они могли бы даже заслезиться, если б я не курил. Но я курил, и именно огонёк сигареты привлёк ко мне проходившего мимо бомжа. Он куда-то шёл по своим неугомонным делам. Хотя даже не шёл, а словно неспешно плыл, едва касаясь земли. Неслышно и незримо. Весь грязный, одетый в какое-то жуткое отрепье. Чем-то похожий на опухшего от укусов пчёл Христа.

Посмотрев на него, я подумал, что жизнь беспощадная штука. Кого-то она переезжает как локомотив и разрывает напополам. Кому-то дарит счастливые неповторимые мгновения. По моим прикидкам я относился ко второй категории.
Collapse )
promo soullaway октябрь 30, 2017 19:33 34
Buy for 50 tokens
Когда в комментариях первый раз мне посоветовали написать книгу по истории нашей рок музыки, я улыбнулся. Потом мне посоветовали это сделать второй раз, третий, пятый. Я задумался. Крепко задумался. Ребята и девчата. Какую я могу написать книгу? Я не очевидец каких-то событий, я незнаком ни с кем,…

Щавель

Щавель, он же Лёшка, виртуозно и неистово ругался матом. С не меньшей необузданностью он резался в карты. Третьей слабостью у него был футбол. Болел он громко и отвязано, так словно завтра должен был настать конец света. Сочетая в себе эти, несомненно, ценные таланты, он постоянно шутил. Шутки у него были специфические. Выдай я нечто подобное никто бы и не улыбнулся. Но Лёшка обладал нужной интонацией и правильным тембром голоса. Любое его изречение вызывало приступ дружного хохота.

- Здорово.

- Ты руки-то из кармана вынь. Хуем вонять будут. – Примерно так он здоровался.

Collapse )

Чип и не Дейл

Колдуна я видел ровно один раз в жизни. Или шамана. Хрен его знает, как правильно это называется. Не силён я в мистических откровениях. Меня никогда не интересовали гороскопы, астрологические прогнозы и гадания. Слова «приворожить» и «предсказать» ассоциируются с привокзальной цыганкой в пёстрой одежде. Цыганки по какой-то причине никогда мне не предлагали своих услуг. Проститутки предлагали, торговцы наркотиками предлагали, да кто только не предлагал, но цыганки нет. Будто чувствуют, что я не им не верю. Хотя нет, один раз всё-таки предлагали, но считается ли он?

Collapse )

Цимбал

Эхо голоса вокзального диспетчера задумчиво перекатилось из одного громкоговорителя в другой и заглохло. Ветер донёс до меня обрывок фразы: «По второму пути, по третьему пути». Звуки шли справа от меня. Они протянулись вдоль складов, где мы играли в детстве, дальше запутались в свалке металлолома и где-то там потерялись вместе с юностью.

На свалке лежали груды бесформенных железяк. Смятые кабины машин, изогнутые трубы, огромные ржавые пружины, сплюснутые стенки вагонов. Когда я был маленьким, то представлял себе великана, который по ночам перебирает железное богатство. В моём воображении великан был силён и мог рвать на куски податливое ржавое железо. А днём он просто прятался от людских глаз в лесу. Именно поэтому его никто и никогда не видел. Бабушка посмеивалась над моими историями о великане и гладила меня по голове. Потом подрос и я, и соседские мальчишки. Великан стал маленьким и превратился в небритого сторожа. Конечно же, мы забирались на свалку, прятались за краном от этого сторожа и бегали среди ржавых остовов машин. Точно так же четверть века назад я слышал голос безразлично выговаривающий: «По второму пути, по третьему пути». 

Collapse )

Хак

Общежитие, где мы познакомились, состояло из двух башен по девять этажей каждая. Внизу ютилась одноэтажная пристройка, нарезанная архитектором, словно на три ломтя. В первом ломте всегда сидела строгая вахтёрша и зорко следила за окружающим миром.

Вообще вахтёрш было несколько, все одинаково строгие, менялись они раз в сутки, а отличались между собой лишь длинной волос и толщиной стёкол в очках. Их мир состоял из бесконечной вереницы растений заботливо расставленных по периметру входа в общежитие и кропотливого вязания. Так же в этом мире водились любвеобильные кубинцы, строгие похожие на пауков жители Африки и шумные вьетнамцы. Там бегали и поляки, и испанцы, и немцы, но этих было меньшинство. Больше всего было африканцев. А за ними требовался глаз да глаз. Ведь чёрные весельчаки так и норовили протащить к себе в гости белых доверчивых студенток. Потом от таких визитов появлялись маленькие чёрные дети, не знавшие своих отцов. Жениться в холодной России африканцы не хотели и уезжали обратно на свой загадочный континент, где водились слоны, львы и пирамиды. Уезжали часто недоучившись и не получив диплома.

Collapse )

Фарид

Переулок Лермонтова ничем не примечателен. Кроме того, что пару дней назад двое граждан распивали там спиртные напитки. Ну, распивали и распивали. Ничего сверхъестественного. Вот только потом один из граждан пырнул своего собутыльника ножом. Пырнул 18 раз. Ну что б наверняка. Его поймали, да он и не скрывался, впереди агрессора ждёт самый справедливый суд в мире и примерно лет десять заключения.

Улица Спивака скучна и неинтересна. Только я бы не хотел там оказаться ночью месяц назад. Очень не хотел бы. На одного из жильцов многоквартирного дома снизошла белая горячка. Он бегал с блестящим топориком для разделки мяса по лестничным клеткам и грозился зарубить своих соседей. Не зарубил. Лишь только успел проломить обухом голову своему коллеге по безудержному пьянству. Выбитое стекло на третьем этаже считать не будем. В час ночи подъехала полиция, кто-то вызвал скорую, ну и всё стихло. До следующего раза.

Collapse )

Трусов

Бежать за ним мне пришлось недолго. Буквально несколько секунд. Догнав, резко схватил за куртку. Заметил, что беглец обут в домашние тапки. Резиновые такие, прочные. Но далеко в них не убежишь – неудобно. В таких же тапках мужики выходят из дома за пивом. Беглец вышел прикупить себе наркотиков. Пиво его не интересовало.

- На месте стой, раз-два. Чего бежим-то?

- Ничего. – И шмыгнул по-детски носом. Потянулся вытереть рукавом. В этот момент можно было бы его повалить на землю, заломить руку. Ведь неизвестно зачем он потянулся к своему лицу. Только я сразу понял – зачем. Точно так же мой младший брат вытирал нос, когда был маленьким, точно так же тёр его и я в детстве. Это было очень знакомое и неопасное движение.  

- Колющие режущие? В карманах что?

- Вот. – Задержанный протянул мне пакет с маковыми семечками и зажигалку. – Ещё ключи есть от дома.

Collapse )

Серый Проказ

Серёгу все называли либо Серый, либо Проказ. Мне он казался колючим и неожиданным. Когда он смотрел своими ядовитыми глазами по сторонам, я молился что бы он ни обратил на меня внимания. Иногда мои заклинания и молитвы помогали. Иногда нет.

- Ну чо городской, расскажи как там у вас с тёлками дела?

- Нормально.

- У тебя-то есть баба?

- Не, у меня нету. – Можно было бы соврать, сказать, что передо мной валяются целые штабеля голых девок. Заявить, что я уже целовался и видел то, что у девок под платьем. Даже трогал и от этого у меня потели ладони, и кружилась голова. Можно было, но не нужно. Серёга почувствовал бы мою неуверенность и за обман отвесил леща. Его насмешливый и режущий взгляд всё время что-то выискивал. Плохо было, когда он начинал выискивать что-то в моём лице.

Collapse )

Роза и Соловей

Колокольчик социальной сети тревожно демонстрировал, что кто-то просится в друзья. Нажав на оповещение, я увидел, что это Вася Пупкин. Посмотрел на фотографию. Конечно, я знал этого Васю. Только он не Вася, а Костик. Мы знакомы, уже целую вечность. А может и две. Добавил в друзья. Кажется, это была третья реинкарнация Костика в интернете. Две другие мёртвые страницы у меня уже точно значились в друзьях. Тут же всплыло новое непрочитанное сообщение. Пришлось раскрыть его для ответа.  

- Привет.

- Привет.

- Я в дурке лежал. -  Восхитительный диалог. Что я должен на это ответить? Изобразить радость? Удивление? Негодование? Сочувствие? Два часа назад я просунулся. С пробуждением моя голова раскололась на тысячу осколков. Мой отпуск кончался, друзья улетели, а завтра мне предстояло выйти на работу. Осколки от головы я склеивал с помощью холодного кваса. Назойливо засвербела мысль, что мне тоже не мешало бы показаться врачу. Может быть, меня признали бы сумасшедшим и освободили бы от трудовой повинности. Может быть, отправили бы в дисциплинарный санаторий. Хотел ли я этого? Нет. Я хотел тишины. Тишины не было, вместо неё в планшете щёлкали сообщения, которые щедро слал мне Костик. Он был неожиданно общительным. Двадцать лет назад, когда мы встретились, это был совсем другой человек. По-моему от того персонажа уже ничего и не осталось. Если только оболочка была чем-то похожа, но внутренности точно кто-то полностью заменил.

Collapse )